ЮРИДИЧЕСКОЕ
БЮРО
С.А.Носова
основано в 2004 г.
Государственная регистрация юредических лиц
ЮРИДИЧЕСКОЕ
БЮРО
С.А.Носова
(812) 380-85-15
пн-пт с 9.00 до 18.00

Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда


 

 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

от 31 июля 2018 г.       N 33-15779/2018

 

Судья: Черкасова Л. А.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего Александровой Ю. К.

судей Зарочинцевой Е. В., Савельевой Т. Ю.

при секретаре М.К.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу М.М. на решение Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 мая 2018 года по гражданскому делу N 2-256/18 по иску К. к М.М. об определении долей в общей совместной собственности, признании права собственности и по иску М.М. к К. о признании недостойным наследником.

Заслушав доклад судьи Александровой Ю. К., объяснения ответчика, представителя истца — адвоката Б., действующей на основании ордера от 30 июля 2018 года, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

 

установила:

 

К. обратилась в Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга с исковыми требованиями к М.М. об определении долей в общей совместной собственности, признании права собственности.

В обоснование заявленных требований истец указала, что стороны по делу приходятся детьми М., умершей в 2017 году. В общей совместной собственности М. и ответчика находилась двухкомнатная квартира по адресу: Санкт-Петербург. Доля умершей М. составляет 1/2, которая была завещана истцу. Ответчик имеет право на обязательную долю в наследстве. Ответчик к нотариусу для заключения соглашения об определении долей в праве общей совместной собственности на спорное имущество не явился, что препятствует истцу в осуществлении ее наследственных прав.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, настаивая на удовлетворении исковых требований, К. просила признать за ней право собственности на ⅜ доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, а за М.М. — на ⅝ долей в праве собственности на квартиру по указанному адресу.

М.М. обратился в Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга с исковыми требованиями к К. о признании недостойным наследником.

В обоснование заявленных требований М.М. указал, что при жизни матери К. неоднократно высказывала желание признать мать недееспособной и сдать в психиатрический диспансер, препятствовала вызову матери социального работника, логопеда, отбирала у нее деньги для внука, высказывалась о том, что желает скорейшей смерти матери. М. в связи с таким отношением дочери имела намерение переписать завещание и лишить ее наследства. К. вывезла мать из квартиры и впоследствии отправила в психоневрологический диспансер, насильно, без согласия матери, где мать умерла в муках без оказания медицинской помощи.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, М.М. просил признать К. недостойным наследником после смерти М.

Решением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 мая 2018 года исковые требования К. удовлетворены.

Суд определил доли в общей совместной собственности на двухкомнатную квартиру по адресу: Санкт-Петербург, признав за К. право собственности на ⅜ доли в праве общей долевой собственности на квартиру по указанному адресу, за М.М. — прав собственности на ⅝ долей.

В удовлетворении заявленных М.М. требований отказано.

В апелляционной жалобе М.М. ставит вопрос об отмене постановленного судом решения, считая его незаконным и необоснованным, просит принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска К., об удовлетворении заявленных им требований.

М.М. в заседание судебной коллегии явился, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, настаивал на ее удовлетворении.

Представитель К. — адвокат Б., действующая на основании ордера, в заседание судебной коллегии явилась, против удовлетворения апелляционной жалобы возражала, просила оставить обжалуемое решение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав объяснения М.М., представителя К., обсудив доводы апелляционной жалобы, не находит правовых оснований для отмены решения суда, постановленного в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Судом первой инстанции установлено, материалами дела подтверждается, а сторонами не оспаривается, что истец и ответчик приходились детьми М.

На основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 15.07.1993, квартира по адресу: Санкт-Петербург, передана в совместную собственность М. и М.М. Право общей совместной собственности зарегистрировано в установленном законом порядке.

Судом установлено также, что при жизни, 06.02.2006 М. завещала принадлежащую ей ½ долю в праве собственности на квартиру по вышеуказанному адресу К.

На основании материалов наследственного дела судом первой инстанции установлено, что К. в установленный законом срок обратилась к нотариусу для получения свидетельства о праве на наследство по завещанию, однако, поскольку квартира находится в совместной собственности М. и М.М., а между наследниками нет согласия в заключении соглашения об определении долей в общей совместной собственности, в выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию истцу отказано с указанием на возможность установления долей в праве общей совместной собственности на квартиру только в судебном порядке.

Разрешая по существу заявленные сторонами требования, суд первой инстанции, установив фактические обстоятельства дела, оценив представленные и добытые доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 1117, 1119, 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пунктах 19 — 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года «О судебной практике по делам о наследовании», пришел к выводу о том, что М.М. не представлено доказательств осуществления К. противоправных действий, направленных против наследодателя либо прав иных наследников или против осуществления последней воли наследодателя, а также доказательств того, что К. уклонялась от содержания своей матери, в связи с чем отказал в иске М.М., определив по иску К. доли в общей собственности сторон, признав за М.М. право собственности на ⅝ долей в праве собственности на спорную квартиру, за К. — право собственности на ⅜ доли.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке — приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Как указывалось ранее, обращаясь с настоящим иском, М.М. указал, что К. является недостойным наследником после смерти матери, поскольку при жизни последней неоднократно высказывала желание признать мать недееспособной и сдать в психиатрический диспансер, препятствовала вызову матери социального работника, логопеда, отбирала у нее деньги для внука, высказывалась о том, что желает скорейшей смерти матери. М. в связи с таким отношением дочери имела намерение переписать завещание и лишить ее наследства. К. вывезла мать из квартиры и впоследствии отправила в психоневрологический диспансер, насильно, без согласия матери, где мать умерла в муках без оказания медицинской помощи.

В подтверждение заявленных требований М.М. ссылался на показания свидетелей Г. и В., приходящегося внуком умершей Н.

Однако показания данных свидетелей не подтверждают заявленные М.М. требования.

Напротив, из показаний свидетеля В. следует, что в последние годы жизни Н. состояние ее здоровья ухудшилось, имели место проблемы с памятью, что, по мнению судебной коллегии, свидетельствует об обоснованности таких действий истца, как помещение матери в лечебное учреждение под наблюдение специалистов. При указанном свидетеле Н. не говорила о том, что хочет лишить К. наследства, не жаловалась на нее.

Из показаний свидетеля Г. следует, что о наличии конфликтных отношений между М. и К. ей известно со слов самого М.М.

Согласно справке районной поликлиники, М. нуждалась в постоянном постороннем уходе. М. была принята в Психоневрологический диспансер по заявлению К., оплата пребывания М. в диспансере производилась регулярно и в срок на основании заключенного с К. договора.

Расходы на погребение М. несла К.

Доводы М. М. об отсутствии со стороны К. каких-либо действий по осуществлению ухода за М. при ее жизни, напрямую опровергаются фактом осуществления действий истцом по направлению матери в лечебное учреждение под наблюдение специалистов, показаниями свидетелей.

На иные обстоятельства и доказательства в подтверждение заявленных требований М.М. не ссылался.

Из материалов дела следует, что при жизни М. выдала на имя К. нотариальную доверенность на осуществление всех действий по управлению и распоряжению ее имуществом.

При изложенных обстоятельствах, установив, что М.М. имеет право на обязательную долю в наследстве, а также то, что после смерти М. К. приняла наследство, частично оплачивала жилищно-коммунальные платежи по спорной квартире, принимая во внимание отказ М.М. от явки к нотариусу для определения долей в совместной собственности, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1119, 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу об удовлетворении заявленных К. требований, верно определив доли в общей совместной собственности на двухкомнатную квартиру по адресу: Санкт-Петербург, признав за К. право собственности на ⅜ доли в праве общей долевой собственности на квартиру по указанному адресу, за М.М. — прав собственности на ⅝ долей.

Судебная коллегия считает, что, разрешая заявленные требования, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба М.М., которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции, — оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

 

определила:

 

решение Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 мая 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу М.М. — без удовлетворения.

 

 

 

11.06.2019

НАШИ ПАРТНЕРЫ