ЮРИДИЧЕСКОЕ
БЮРО
С.А.Носова
основано в 2004 г.
(812) 380-85-15
(812) 380-84-68

пн-пт с 9.00 до 18.00

Государственная регистрация юредических лиц
ЮРИДИЧЕСКОЕ
БЮРО
С.А.Носова
(812) 380-85-15, (812) 380-84-68

пн-пт с 9.00 до 18.00

Решение

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

г. Санкт-Петербург

 

27 августа 2018 года Дело № А56-27178/2017

 

Резолютивная часть решения объявлена 10 августа 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 27 августа 2018 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Лилль В. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Марлухиным А. А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

П. к А. и обществу с ограниченной ответственностью «Я»

третье лицо: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №15 по Санкт-Петербургу о признании увеличения уставного капитала Общества несостоявшимся при участии

— от истца: представитель Ч., доверенность от 11.04.2018;

— от ответчиков: представитель К., доверенность от 30.08.2017;

— от третьего лица: представитель В., доверенность от 17.04.2018;

 

установил:

 

П. (далее — истец) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к А. и обществу с ограниченной ответственностью «Я» (далее — ответчики), с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Санкт-Петербургу (далее — регистрирующий орган):

о признании решения об увеличении размера уставного капитала ООО «Я» оформленного Решением №2 от 14.07.2016, несостоявшимся;

о признании недействительной государственной регистрации изменений, вносимых в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) от 22.07.2016 за ГРН 9167847016449;

об обязании регистрирующий орган исключить из ЕГРЮЛ сведения об А. как участнике Общества;

об обязании регистрирующий орган изменить в ЕГРЮЛ сведения о размере доли П. в уставном капитале Общества, указав ее равной 100%.

В судебном заседании 08.09.2017 регистрирующим органом представлено подлинное регистрационное дело в отношении ООО «Я», содержащее, в том числе, подлинные документы, свидетельствующие о совершении участниками ООО «Я» действий, направленных на увеличение уставного капитала и регистрацию изменений, вносимых в учредительные документы ООО «Я».

В этом же судебном заседании П. заявлено о фальсификации квитанции к приходному кассовому ордеру №1 от 14 июля 2016 года, квитанции к приходному кассовому ордеру №2 от 14 июля 2016 года и справки ООО «Я» от 14 июля 2016 года.

От указанных доказательств А. не отказалась, вследствие чего для проверки заявления о фальсификации представленных доказательств, суд пришел к выводу о необходимости назначения судебной экспертизы.

Определением суда от 25.10.2017 назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «А» (196084 г. Санкт-Петербург, наб. Обводного канала) – А.А..

На разрешение эксперта был поставлен следующий вопрос: выполнена ли подпись в квитанции к приходному ордеру № 1 от 14.07.2016 П. самой П. или другим лицом?

Определением от 30.11.2017 суд определил: эксперту при проведении экспертизы дополнительно учесть следующее: в качестве исследуемых образцов, помимо подлинной квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 14.07.2016, необходимо исследовать подлинную квитанцию № 2 от 14.07.2016 и справку от 14.07.2016.

29.01.2018 в материалы дела поступило Заключение эксперта № 203/А56- 27178/2017 от 26 декабря 2017 года А.А., согласно которому эксперт пришел к следующим выводам:

Подписи от имени П. на следующих документах:

Квитанция к приходному кассовому ордеру № 1 от 14 июля 2016 года на сумму 250 000 рублей;

Квитанция к приходному кассовому ордеру № 2 от 14 июля 2016 года на сумму 240 000 рублей;

Справка от 14 июля 2016 года, 

выполнены, вероятнее всего, самой П.

Истец обратился с заявлением о назначении повторной судебной экспертизы, со ссылками на вероятный (предположительный) характер вывода, сделанного экспертом А.А., наличие методических нарушений в заключении эксперта А.А. и необоснованность сделанных по результатам экспертизы выводов.

А. и ООО «Я» заявлены возражения в отношении ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы.

А. заявлено ходатайство о вызове в судебное заседание эксперта А.А. для дачи пояснений по представленному заключению.

В заседании по рассмотрению вопроса о назначении повторной судебной экспертизы, судом не найдено оснований для его удовлетворения на этой стадии процесса.

Принимая во внимание, предмет спора и фактические его обстоятельства, заключение эксперта А.А. содержащее не однозначный, а вероятностный вывод по поставленному вопросу, в целях устранения данной неясности и, учитывая невозможность точного определения принадлежности подписей на исследуемых документах Истице, ответы на вопросы, поставленные на разрешение эксперта, могут иметь существенное значение при принятии решения по спору, пришел к выводу о необходимости назначения повторной экспертизы.

Определением от 14.04.2018 назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой, с учетом мнений сторон, оценки представленных экспертными организациями ответов на запросы, невозможности установления фактических обстоятельств спора без привлечения лиц, обладающих специальными познаниями, в целях обеспечения равных процессуальных прав участников судебного процесса, судом выбран эксперт экспертного учреждения Автономная Некоммерческая Организация «Р» (196084, г. Санкт- Петербург) — С.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: выполнена ли подпись в квитанции к приходному ордеру № 1 от 14.07.2016 П. самой П. или другим лицом?

Определением об исправлении опечатки (технической ошибки) от 10.05.2018 суд определил в абзаце 6 резолютивной части определения от 14.04.2018 читать: в качестве исследуемых документов направляются подлинная квитанция к приходному кассовому ордеру №1 от 14.07.2016, подлинная квитанция к приходному кассовому ордеру №2 от 14.07.2016 и справка от 14.07.2016.

18.05.2018 в материалы дела поступило Заключение эксперта № 068эк-18 от 17 мая 2018 года, составленное С., согласно которому эксперт пришел к следующим выводам: Исследуемые подписи от имени П., расположенные:

— в строке «Главный бухгалтер», слева от рукописного текста «П.», в нижней части листа печатного бланка Квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 14 июля 2016 года на сумму 250 000 рублей;

— в строке «Главный бухгалтер», в нижней части листа печатного бланка Квитанции к приходному кассовому ордеру № 2 от 14 июля 2016 года на сумму 240 000 рублей;

— в строке «Генеральный директор Общества с ограниченной ответственностью „Я“, слева от печатного текста «П.» в нижней части печатного бланка Справки ООО «Я» от 14 июля 2016 года выполнены не самой П., а другим лицом с подражанием подписи П.

В судебном заседании 06.08.2018 эксперт С. дал пояснения по выводам, сделанным им в своем Заключении, ответив на вопросы представителей ответчиков, дополнительно поддержав результаты исследования.

В судебных заседаниях 30.07.2018 и 06.08.2018 представитель истца поддержал исковые требования.

Представителями ответчиков заявлено категорическое несогласие с выводами эксперта С., приобщены к материалам дела в письменной форме возражения на иск, согласно которым, ответчики полагают, не имеется правовых оснований для удовлетворения требований П.

В частности ими приведено, следующее.

14.07.2016 денежные средства были внесены в кассу ООО «Я» на основании приходно-кассовых ордеров, регистрация изменений, вносимых в устав ООО «Я», была произведена правомерно на основании увеличения уставного капитала.

ООО «Я» полагало, что квитанции к приходным кассовым ордерам №1 и №2 от 14.07.2016 подтверждают факт внесения вклада в уставный капитал, а на государственную регистрацию изменения размера уставного капитала был представлен полный пакет документов, требуемый для подобного действия.

Как следует из искового заявления, ООО «Я» зарегистрировано в качестве юридического лица 05.03.2015 за основным государственным регистрационным номером 1157847074945.

Согласно Уставу в редакции от 25.02.2015 уставный капитал сформирован в размере 10 000 рублей, истец являлся учредителем и единственным участником ООО «Я». Уставом допускалось увеличение уставного капитала, в том числе, не только за счет дополнительных вкладов участников, а также за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество (пункт 7.2. Устава).

В июле 2016 года истец обратился в ООО «Я» с заявлением о внесении дополнительного вклада в уставный капитал общества в размере 240 000 рублей.

Ответчик также обратилась в ООО «Я» с заявлением с просьбой принять его в состав участников общества со взносом в уставный капитал в размере 250 000 рублей.

Решением единственного участника ООО «Я» от 14.07.2016 №2 на основании заявлений П. и А. было принято решение об увеличении уставного капитала ООО «Я» за счет дополнительного вклада единственного участника и вклада третьего лица, принимаемого в общество, с 10 000 рублей до 500 000 рублей.

Номинальная стоимость доли ответчика равна стоимости внесенного вклада и составляет 250 000 рублей. В связи с изменением размера уставного капитала утверждены размеры и номинальные стоимости долей участников — по 50 процентов каждому. Предусматривалось, что вклады вносятся в уставный капитал денежными средствами в срок до 17.07.2016.

Соответствующие изменения были внесены в Устав общества и зарегистрированы регистрирующим органом за ГРН 9167847016449 от 22.07.2016.

С заявлением о государственной регистрации изменений Общество обратилось в налоговый орган 15.07.2016, то есть до внесения вкладов истцом и ответчиком, что подтверждается распечаткой сведений с сайта ФНС о дате предоставления документов и Листом записи ЕГРЮЛ от 22.07.2016.

На дату обращения в регистрирующий орган и на дату регистрации изменений в Уставе ООО «Я» дополнительный вклад П. в размере 240 000 рублей и вклад третьего лица А. в размере 250 000 рублей внесены не были.

Приведенное послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением П.

Регистрирующий орган, считает, оснований для признания недействительной регистрацию спорных изменений, не имеется, в регистрирующий орган был представлен пакет документов, соответствующий требованиям Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных

предпринимателей» для подобного вида изменений.

Определением (протокольным) от 06.08.2018 в судебном заседании объявлялся перерыв до 10.08.2018.

В судебном заседании 06.08.2018 экспертом представлены письменные ответы на поставленные вопросы и даны пояснения по проведенной экспертизе.

Представителем А. заявлено ходатайство об объединении настоящего дела с делом №А56-90814/2018 для их совместного рассмотрения, представлен отзыв на пояснения Истца.

Ходатайство по результатам рассмотрения данное ходатайство — отклонено.

П. приобщены письменные пояснения по делу, заявлено ходатайство об исправлении опечатки на официальном сайте Арбитражного суда в сети «интернет» даты судебного заседания.

Ходатайство об ошибке в дате судебного заседания, имеющейся в сети интернет- отклонено, как не имеющее значения при условии, что все лица, участвующие в деле осведомлены под подписи в протоколе судебного заседания о его времени и месте.

А. заявлено ходатайство от 23.10.2017 .д.130, т.2) о вызове и допросе в качестве свидетелей лиц, указанных в нем, судом по результатам обсуждения не найдено оснований для удовлетворения данного ходатайства.

Суд, исследовав в полном объеме представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, пришел к следующему.

В соответствии с положениями статьи 17 Федерального закона от 08.02.1998 №14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об ООО) увеличение уставного капитала общества может осуществляться за счет имущества общества, и (или) за счет дополнительных вкладов участников общества, и (или), если это не запрещено уставом общества, за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество.

Увеличение уставного капитала общества допускается только после его полной оплаты.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона об ООО общее собрание участников общества может принять решение об увеличении его уставного капитала на основании заявления участника общества (заявлений участников общества) о внесении дополнительного вклада и (или), если это не запрещено уставом общества, заявления третьего лица (заявлений третьих лиц) о принятии его в общество и внесении вклада.

Внесение дополнительных вкладов участниками общества и вкладов третьими лицами должно быть осуществлено не позднее чем в течение шести месяцев со дня принятия общим собранием участников общества предусмотренных настоящим пунктом решений.

В случае невнесения дополнительных вкладов участниками общества и вкладов третьими лицами в уставный капитал общества, увеличение уставного капитала общества признается несостоявшимся (пункт 2.2 статьи 19 Закона).

Предусмотрев в статье 17 Закона правило об увеличении уставного капитала только после фактической полной оплаты участниками или третьими лицами своих дополнительных вкладов, законодатель предусмотрел специальное правовое последствие несоблюдения данного требования виде признания увеличения уставного капитала несостоявшимся.

Принятие ООО «Я» решения о внесении изменений в учредительный документ и представление этих документов в регистрирующий орган не является доказательством увеличения уставного капитала. Увеличение уставного капитала общества может считаться состоявшимся только в случае, если все участники полностью внесли свои вклады.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Надлежащим доказательством, подтверждающим фактическое внесение вклада в уставный капитал, являются платежные документы, подтверждающие передачу денежных средств.

Такими доказательствами в соответствии с пунктом 5.1 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» и статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» являются первичные учетные документы, подтверждающие расчетные операции.

В силу пункта 4.1 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У кассовые операции оформляются приходными кассовыми ордерами 0310001, расходными кассовыми ордерами 0310002. Согласно абзацу пятому пункта 5.1 Указания при соответствии вносимой суммы наличных денег сумме, указанной в приходном кассовом ордере 0310001, кассир подписывает приходный кассовый ордер 0310001, проставляет на квитанции к приходному кассовому ордеру 0310001, выдаваемой вносителю наличных денег, оттиск печати (штампа) и выдает ему указанную квитанцию к приходному кассовому ордеру 0310001.

Из писем Федеральной налоговой службы России от 13 декабря 2005 года № ШТ- 6-07/1045 и Минфина России от 25 мая 2010 года № 03-03-06/1/349 следует, что документами, свидетельствующими об оплате уставного капитала денежными средствами, является справка из банка, подтверждающая зачисление на расчетный счет денег в оплату уставного капитала, а также первичные платежные документы частности, приходные кассовые ордера, подтверждающие оплату уставного капитала денежными средствами).

Между тем таких доказательств внесения вкладов в уставный капитал ООО «Я» в нарушение статьи 65 АПК РФ ответчиками не приобщено в материалы дела.

Приобщенные к делу в подтверждение внесения денежных средств квитанция к приходному кассовому ордеру №1 от 14.07.2016, квитанция к приходному кассовому ордеру №2 от 14.07.2016 и справка ООО «Я» от 14.07.2016 таковым подтверждением не являются, поскольку не подтверждают факт внесения денежных средств А., П. в уставный капитал ООО «Я».

В квитанциях к приходным кассовым ордерам указано, что они подписаны «главным бухгалтером П.».

При этом, как следует из Заключения эксперта №068эк-18 от 17.05.2018, подписи в квитанции к приходному кассовому ордеру №1 от 14 июля 2016 года, квитанции к приходному кассовому ордеру №2 от 14 июля 2016 года в строке «Главный бухгалтер» выполнены не самой П., а каким-то другим лицом с подражанием подписи П.

Эксперт пришел к аналогичному выводу относительно подписи в строке «Генеральный директор общества с ограниченной ответственностью „Я“ на бланке справки ООО «Я» от 14 июля 2016 года о том, что подпись выполнена не самой П., а каким-то другим лицом с подражанием подписи П.

Согласно Постановлению Госкомстата РФ от 18.08.1998 № 88 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации» утверждены, в том числе, форма №КО-1 «Приходный кассовый ордер» и формат этого документа.

Квитанции к приходным кассовым ордерам в соответствии с требованиями пункта 5.1 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» содержат оттиск печати (штампа).

Приведенное правило оформления денежных документов, подтверждается, в том числе, письмом Межрайонной ИФНС России №27 по Санкт-Петербургу № 19- 18/42185@ от 11.10.2017.

В представленных квитанциях к приходным кассовым ордерам №1 и №2 от 14.07.2016, равно как и справке от 14.07.2018, отсутствует оттиск печати ООО «Я».

В связи с чем представленные документы не соответствуют установленным требованиям. Иных доказательств не представлено (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, квитанции к приходным кассовым ордерам №1 от 14.07.2016, №2 от 14.07.2016 и справка ООО «Я» не отвечают признакам достоверности и допустимости, в силу чего не могут быть положены в обоснование фактического внесения А. и П. вкладов в уставный капитал ООО «Я», не являются надлежащим доказательством внесения вкладов в уставный капитал ООО «Я», соответственно, не доказано и в материалах дела отсутствуют доказательства увеличения уставного капитала ООО «Я».

В отсутствие фактического внесения вкладов П. и А., и наличия императивно предусмотренного в Законе последствия данного бездействия, Решение единственного участника Общества от 14.07.2016 №2 об увеличении уставного капитала общества, не имеет юридической силы и не влечет каких-либо правовых последствий для ООО «Я».

В связи с вышеизложенным, следует признать, что увеличение уставного капитала на основании Решения от 14.07.2016 №2 не произошло, А. не доказан факт внесения денежных средств, равно как и не подтверждается, что и П. денежные средства в размере 240 000 рублей в соответствии с Решением единственного участника Общества от 14.07.2016 №2, внесены в уставный капитал Общества.

Вклады участниками должны были быть внесены не позднее шести месяцев.

Несмотря на то, что заявление по форме № Р13001 содержало сведения об увеличении уставного капитала ООО «Я» до 500 000 рублей, о включении в состав участников Общества — А. с размером доли в уставном капитале — 50% номинальной стоимостью 250 000 рублей и, указанные в нем сведения являлись достоверными, и при принятии решения о внесении изменений в учредительные документы юридического лица, был соблюден установленный порядок, что подтверждено подписью П., подлинность которой свидетельствовала в нотариальном порядке Д., нотариусом нотариального округа Санкт- Петербурга, решение регистрирующего органа от 22.07.2016 о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы ООО «Я», было принято, согласно фактическим обстоятельствам, выявленным в ходе судебного процесса, на основании недостоверных сведений: внесение дополнительных вкладов в уставный капитал Общества, не произведено.

В судебном заседании, состоявшемся 30.07.2018, представителем А. заявлено об истечении срока исковой давности, относительно оспаривания законности принятого регистрирующим органом решения о государственной регистрации изменений, внесенных в сведения о юридическом лице ООО «Я» от 22.07.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц за ГРН 9167847016449, а также относительно оспаривания решения №2 единственного участника ООО «Я» от

14.07.2016 об увеличении уставного капитала ООО «Я».

Вместе с тем, согласно исковому заявлению и пояснениям, данным в ходе судебного процесса, П. не оспариваются указанные А. решения.

При этом следует согласиться со следующими доводами Ответчиков.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьями 196-197 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки давности, если законом не установлено иное.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало либо должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 4 статьи 198 АПК РФ право на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) незаконными может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Согласно материалам дела решение налогового органа, не только о регистрации сведений в ЕГРЮЛ об ООО «Я» об увеличении уставного капитала принято 22.07.2016, но и зарегистрированы изменения в сведения о составе участников Обществе и размере принадлежащих им долей.

Документы о государственной регистрации изменений, получены уполномоченным представителем Истца 25.07.2016, что подтверждается листом учета выдачи документов (том.1, л.д. 93).

Следовательно, Истцу стало известно о приобретении А. статуса участника Общества с 50% долей участия 25.07.2016.

Право на предъявление требования об исключении сведений об А. как участнике Общества возникло у Заявителя со следующего дня после получения решения налогового органа, то есть 26.07.2016.

При этом, суд не может согласиться со ссылками Ответчиков на положения пункта 4 статьи 43 Закона об ООО, согласно которым заявление участника общества о признании решения общего собрания участников общества и (или) решений иных органов управления обществом недействительными может быть подано в суд в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным, поскольку П., как единственным участником принято решение №2 об увеличении уставного капитала, и данное решение ею не оспаривается, волеизъявление имело место быть.

Требование П. о признании недействительной государственной регистрации изменений, внесенных в сведения о юридическом лице ООО «Я» от

22.07.2016 в ЕГРЮЛ за ГРН 9167847016449, связанных с внесением изменений о размере уставного капитала, в связи с требованием о признании увеличения уставного капитала ООО «Я», оформленного Решением №2 единственного участника ООО «Я» от 14.07.2016, несостоявшимся, срок исковой давности по которому составляет три года, коль скоро не предусмотрено иного специального срока исковой давности по предъявленному требованию, подлежит удовлетворению.

Истица утверждает, что о наличии спорных квитанций к приходным кассовым ордерам №1 и №2 от 14.07.2016, равно как и справке от 14.07.2018, ей стало известно в ходе судебного процесса, по представлению подлинных экземпляров указанных документов в дело регистрирующим органом, ею сделано заявление о фальсификации доказательств и о проведении судебной экспертизы.

Факт внесения вклада, единственным участником Общества, отрицается, доказательств, опровергающих этот факт, не приобщено в дело.

При этом обоснованным следует признать довод Ответчиков, что не подлежат удовлетворению требования П. об обязании регистрирующий орган исключить из ЕГРЮЛ сведения об А. как участнике ООО «Я», а также требования П. об обязании регистрирующий орган изменить в Едином государственном реестре юридических лиц сведения о доле П. в уставном капитале ООО «Я», указав ее равной 100%.

Право лица, подлежащее защите судом, есть субъективное гражданское право, принадлежащее конкретному участнику гражданских правоотношений.

Установление срока, ограничивающего защиту такого права в судебном порядке, имеет целью лишить правообладателя по его истечении возможности добиться судебного принуждения к исполнению его требования. В случае срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца независимо от того, было ли в действительности нарушение его прав, невозможна.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание также позицию представителя А., заявившего о пропуске срока исковой давности, оснований для удовлетворения указанных требований не имеется.

Нельзя не согласиться с утверждениями Ответчиков о тех фактах, которые свидетельствовали об осведомленности Заявителя, что вторым участником Общества, является А.

В частности: П. подписала и лично представила в целях открытия счетов в банках информацию об увеличении уставного капитала ООО «Я»: в ПАО «П» предоставлена анкета-вопросник клиента юридического лица, не являющегося кредитной организаций от 10.02.2017.

На странице 2 анкеты-опросника указано, что Обществом владеют два участника . и П.). На странице 3 анкеты-опросника указано, что доли в размере 500 000 рублей зарегистрированы и оплачены в полном объеме (том 3, л.д. 63).

В материалах дела содержится пакет документов, представленный П. для открытия расчетного счета в ПАО Банк «А» (см. том. 3).

Из содержания представленных документов следует, что уставный капитал ООО «Я» составляет 500 000 рублей, участниками являются А. (50% УК, 250 000 рублей), и П. (50% УК, 250 000 рублей).

Указанная информация подтверждена личной подписью П.

Кроме того, самой П. представлен в банк лист записи по форме №50007 от 22.07.2016, подтверждающий увеличение уставного капитала Общества, а также связанные с этим изменения в устав ООО «Я», зарегистрированные 22.07.2016.

Приведенным, подтверждается, что П. не вправе требовать признания недействительным решения регистрирующего органа о регистрации изменений, связанных с изменениями, внесенными в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ о составе участников Общества и размере принадлежащих им долей, а, соответственно, исключения из ЕГРЮЛ сведений об А., как участнике Общества, владеющей 50% долями участия.

В данном случае утверждения П. о недоказанности А. факта внесения вклада в уставный капитал Общества, недостаточно для удовлетворения этих требований по вышеизложенным основаниям (пропуск срока на обжалование решения регистрирующего органа в этой части).

Участие Истца в собраниях участников ООО «Я» вместе с А. подтверждается Протоколом № 1/17 от 10.03.2017, из содержания которого следует принятие решения о смене генерального директора ООО «Я» (том.1, л.д. 147).

Согласно данному Протоколу, усматривается, что П. признается А. в качестве участника Общества с указанной в протоколе долей (50%).

Доказательств оспаривания решения, оформленного данным протоколом, не имеется, о непринадлежности этой подписи истцу, не заявлено.

Признание легитимности решения, оформленного Протоколом №1/17 от 10.03.2017, подтверждается судебными спорами, в рамках которых участвовал Истец.

В частности, дело №2-3359/2018 слушается во Фрунзенском районном суде Санкт-Петербурга по иску П. о восстановлении на работе.

В указанном деле П. к исковому заявлению приложен Протокол №1/17 от 10.03.2017, в соответствии с которым принято решение о смене генерального директора П. на А.).

П. признавалась легитимность деятельности А. в качестве генерального директора Общества при защите своих прав и законных интересов по административным делам ООО «Я» (дела: №12-271/2018, №12- 273/2018, №12-47/2018).

Согласно части 2 статьи 64 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу. Как указано в части 3 статьи 86 АПК РФ, заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Утверждение Ответчиков о том, что-то  обстоятельство, что исследуемые подписи от имени П. выполнены не самой П., а каким-то другим лицом с подражанием подписи П. не является основанием для оспаривания увеличения уставного капитала ООО «Я», оформленного Решением № 2 единственного участника ООО «Я» от 14.07.2016, а также для признания недействительной государственную регистрацию изменений, внесенных в сведения о юридическом лице ООО «Я» от 22.07.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц за ГРН 9167847016449, является ошибочным.

В обоснование своих возражений на требования П., Ответчиком А.. приведены, в том числе и ссылки на следующие нормы права.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований указанной нормы арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (см. пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 166 ГК РФ сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу пункта 2 статьи 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 ГК РФ, а также, если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Аналогично, пункт 3 статьи 432 ГК РФ запрещает стороне, принявшей от другой стороны полное или частичное исполнение по договору, либо иным образом подтвердившей действие договора, требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

На основании и исходя из приведенных норм права Ответчиками, сделан вывод о том, что, действуя разумно и добросовестно, проявляя требуемую по условиям оборота осмотрительность, Истец, являясь в период увеличения уставного капитала Общества генеральным директором и главным бухгалтером Общества, принимая решение о государственной регистрации увеличения уставного капитала ООО »Я», должен был убедиться в фактической передаче денежных средств Обществу.

Отрицание П. факта законности квитанций к приходному кассовому ордеру №1 и №2 от 14.07.2016, а также Справки ООО «Я» от 14.07.2016 от имени П., безусловно, означает недобросовестность ее поведения в рассматриваемом деле.

Составление указанных документов относится в компетенции самой П. и возможность искажения ее подписи напрямую взаимосвязана с самим подписантом.

П. демонстрировала намерение в дальнейшем сохранить правовые последствия увеличения уставного капитала Общества, а также участие А. в Обществе, соответственно, поведение Истца необходимо расценивать как заведомо недобросовестное, и руководствоваться правилом эстоппель, отказать в иске на основании норм статьи 10 ГК РФ.

Указанные выводы ответчиков небесспорны, в связи со следующим.

В Обществе между двумя, равноценными участниками, имеет место корпоративный конфликт, что не отрицается его сторонами.

Соответственно, строить судебную защиту на утверждении о наличии в поведении недобросовестности, а в действиях злоупотребление правом одной из сторон конфликта, несправедливо и неправомерно.

Материалами дела подтверждается, что Истец своими действиями пытался сохранить оспариваемые сведения об ООО «Я», но в результате анализа и оценки всех обстоятельств спора, приложенных в его обоснование доказательств, суд пришел к выводу, что увеличение уставного капитала Общества, не состоялось.

Ссылка Ответчиков на то, что судом должно быть учтено то обстоятельство, что Тринадцатым арбитражным апелляционным судом по делу № А56-65045/2017 сделан вывод о недобросовестности действий (бездействия) генерального директора ООО «Я» П., которая выразилась в не предоставлении новому генеральному директору Общества А. документов, относящихся к деятельности Общества, и применена преюдиция данного вывода, подлежит отклонению.

Расходы сторон спора, связанные с рассмотрением настоящего спора подлежат отнесению на стороне, в размере пропорциональном размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 9, 41, 65, 71, 130, 161, 167-170, 201, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт- Петербурга и Ленинградской области 

 

решил:

 

ходатайство П. об исправлении опечатки в сети интернет — отклонить;

ходатайство общества с ограниченной ответственностью «Я» от 06.08.2018 об объединении настоящего дела с делом №А56-90814/2018 в одно производство — отклонить;

ходатайство А. от 30.07.2018 о назначении повторной судебной экспертизы — отклонить;

признать увеличение уставного капитала ООО «Я» на основании решения №2 единственного участника от 14.07.2016 — несостоявшимся;

признать недействительной государственную регистрацию изменений, вносимых в сведения, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц об обществе с ограниченной ответственностью «Я», осуществленную регистрирующим органом 22.07.2016 за ГРН 9167847016449;

обязать регистрирующий орган внести в Единый государственный реестр юридических лиц сведения о недействительности записи за ГРН 9167847016449 от 22.07.2016;

в остальной части иска — отказать.

взыскать с А. и общества с ограниченной ответственностью «Я» в пользу П. по 13 500 рублей с каждого в возмещение расходов на оплату экспертизы;

взыскать с А. и общества с ограниченной ответственностью «Я» в пользу П. по 6 000 рублей с каждого в возмещение расходов на уплату госпошлины.

возвратить П. из федерального бюджета 12 000 рублей излишне уплаченной госпошлины;

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья       Лилль В. А.

 

 

 

22.04.2019

НАШИ ПАРТНЕРЫ